Спор вокруг квартиры певицы Ларисы Долиной в Хамовниках перерос в настоящую правовую катастрофу. Ситуация стала проверкой не только для участников конфликта, но и для всей юридической системы страны. В центре этих событий оказался Михаил Барщевский, долгое время ассоциировавшийся с государственно-правовой стабильностью.
Формально его отставка с поста полномочного представителя правительства в Конституционном суде 18 декабря объяснялась достижением предельного возраста для госслужащих. Однако есть много подозрений о совпадениях и вопросов, которые не оставляют сомнений в том, что это не просто случайность.
Скандал, который поверг в шок
Ключевую роль в этой истории сыграла судебная баталия вокруг квартиры Долиной. Интересы певицы представляло адвокатское бюро «Барщевский и партнёры», официально оформленное на супругу Михаила, Ольгу Баркалову. Правовая стратегия, разработанная специалистами бюро, сначала поддерживалась судами низших инстанций, но затем была дискомфортно опровергнута Верховным судом.
Эта стратегия, созданная Марией Пуховой, привела к созданию так называемого «эффекта Долиной», который стал смертельно опасным прецедентом для многих сделок на рынке недвижимости. Это подорвало сами основы правовой устойчивости.
Конфликт интересов на виду
Особенно настораживает фактическое участие самого Барщевского в этом процессе. Будучи приостановленным адвокатом с 2001 года после перехода на госслужбу, он продолжал оставаться активным участником бюро, где его консультации оценивались в миллионы рублей за час.
Это создало явный конфликт интересов: как государственный представитель в высшем судебном органе он оставался вовлечённым в частный бизнес, связанный с резонансным делом.
Повергающее давление на правосудие
Кульминацией стал его недавний эфир на «Вести FM», где он не просто обсуждал дело, а фактически предлагал «предпочтительный» вариант его разрешения. Почти сразу подобное предложение прозвучало и от самой Долиной, что вызвало волну критики в юридических кругах как попытка давления на суд.
Верховный суд, однако, отверг предложенную стратегию, что стало репутационным провалом не только для самого Барщевского, но и для общей юридической системы, которая допустила такое сочетание власти, бизнеса и медиа.
Ситуация с делом Ларисы Долиной — это не просто очередной скандал. Это явное отражение системы, где личные интересы и связи зачастую ставятся выше законов и этики. Уход Барщевского — это не конец, а лишь начало более глубоких перемен.
